0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Содержание

Что общего у Гойи, Эйзенштейна и Лонго: гид художника по выставке в «Гараже. Пилоты, акулы, ядерные взрывы и много-много другого

Что общего у Гойи, Эйзенштейна и Лонго: гид художника по выставке в «Гараже»

Эйзенштейн должен был работать на правительство, Гойя — для короля. Я работаю на арт-рынок. На протяжении всей истории искусства был конкретный заказчик, церковь или правительство. Интересно, что, как только институты перестали быть основными заказчиками, у художников появилась новая проблема поиска того, что они хотят изображать на полотнах. В отличие от короля арт-рынок не диктует, что конкретно нам нужно делать, так что я свободнее, чем художники, что были до меня.

Офорты Гойя создавал не для церкви или королей, поэтому они намного ближе к тому, что делаю я. В случае с Эйзенштейном мы пытались мы старались убрать большую часть политического контекста, мы замедляли кадры, оставляя только изображения, — так мы пытались уйти от политики. Когда я был студентом, то никогда не думал о политическом фоне, о репрессиях, о давлении, которые шли рука об руку со съемкой этих фильмов. Но чем больше я изучал Эйзенштейна, тем больше понимал, что он просто хотел делать кино — а для этого, увы, был вынужден искать государственной поддержки.

Когда Караваджо оказался в Риме, он должен был работать для церкви. Иначе у него просто не было бы возможности писать большие картины. В результате он был вынужден пересказывать одни и те же истории снова и снова. Забавно, до чего это похоже на популярное кино Голливуда. Так что с художниками прошлого у нас намного больше общего, чем мы привыкли думать, а их влияние друг на друга трудно переоценить. Сам Эйзенштейн изучал работы Гойи и даже создавал картины, которые похожи на раскадровки, — здесь представлены шесть из них, все вместе они фактически выглядят как раскадровки для кино. А офорты даже пронумерованы.

Так или иначе, все художники связаны между собой и находятся под влиянием друг друга. История искусства — великое оружие, которое помогает нам справиться с испытаниями каждого нового дня. А лично я еще использую искусство, чтобы оказаться там, — такая вот у меня машина времени.

Франсиско Гойя, «Трагический случай нападения быка на ряды зрителей на арене Мадрида»

Серия «Тавромахия», лист 21

Мы узнали, что Музей революции в Москве хранит полный набор офортов Гойи. Это был подарок СССР в 1937 году в знак благодарности за помощь испанцам в борьбе с Франко. Офорты просто уникальны: последний экземпляр был сделан с оригинальных пластин Гойи и все они — что просто удивительно — выглядят так, будто их отпечатали вчера. На выставке мы старались избегать самых известных работ — я просто думаю, что в незнакомые работы люди будут вглядываться чуть подольше. А еще мы выбирали те, которые, как мне кажется, выглядят почти как фильм или журналистика.

Один офорт Гойи у меня даже есть дома, я купил его давно. А из тех, что представлены на выставке мне, больше всего нравится тот, что с быком. Работа выглядит точь-в-точь как кадр из фильма — все как-то кинематографически работает вместе, бык с хвостом и люди, в которых он как будто бы врезается. Когда я смотрю на эту работу, всегда думаю о том, что было до и что случится после этого момента. Совсем как в кино.

Франсиско Гойя, «Удивительная глупость»

Серия «Пословицы», лист 3

Вот еще одна работа, которая мне очень нравится, — семья у Гойи стоит в ряд, как будто птички сидят на ветке дерева. У меня самого три сына, и эта гравюра напоминает мне о семье, есть что-то в ней прекрасное и важное.

Когда я рисую, то действительно часто думаю о том, что произойдет потом с героями моей картины. Я часто делаю рамочное упражнение, как в комиксе, — набрасываю много прямоугольников разных размеров и экспериментирую с композицией внутри. А Эйзенштейн в этом смысле отличный пример для подражания, его композиции безупречны: картина часто строится вокруг диагонали и такая структура создает психологическое напряжение.

Сергей Эйзенштейн и Григорий Александров, кадр из фильма «Броненосец «Потемкин»

Я люблю все фильмы Эйзенштейна, а из «Потемкина» вспоминаю прежде всего эту прекрасную сцену с лодками в гавани. Вода блестит, и это делает кадр невероятно красивым. А мой самый, наверное, любимый кадр — в большим флагом и кричащим Лениным. Оба эти кадра действительно своего рода шедевры

Читать еще:  Вольтер и его философские повести (Кандид). "Кандид, или Оптимизм" (Вольтер): описание и анализ романа из энциклопедии

Сергей Эйзенштейн, кадр из фильма «Сентиментальный романс»

В фильме «Сентиментальный романс» есть невероятный по своей силе кадр: женщина стоит в квартире у окна. Он выглядит действительно как картина.

А еще мне очень интересно наблюдать за тем, что получилось, когда мы расположили эти фильмы рядом — в кино вы смотрите сцену за сценой, а здесь видите замедленные образы разных фильмов, расположенные по соседству. Этот странный коллаж, как мне кажется, дает понять, как работает мозг Эйзенштейна. В его фильмах камеры не перемещались за актерами, они были статичны, и каждый раз он предлагает нам четко выстроенные конкретные образы. Эйзенштейн работал на заре кинематографа, и каждый кадр должен был представить себе заранее — фактически видеть будущий фильм образ за образом.

Кино, живопись и современное искусство суть одно и то же: создание картин. На днях я был в музее, искал «Черный квадрат» и, пока проходил через все эти залы образов и картин, понял кое-что важное. Главная сила искусства — это жгучее желание человеческого существа объяснить вам, что именно оно видит. «Вот как я вижу», — говорит нам художник. Понимаете, о чем я? Иногда вам может показаться, что крона дерева напоминает лицо, и об этом сразу же хочется рассказать своему другу, спросить его: «Ты видишь то, что вижу я?» Создание искусства — это попытка показать людям, как вы видите мир. А в основе этого — желание чувствовать себя живым.

Роберт Лонго, без названия, 2016 год

(Сюжет связан с трагическими событиями в Балтиморе. — Прим. ред.)

Я выбрал это изображение, чтобы показать не только то, что случилось, но и объяснить вам, что вижу и чувствую по этому поводу я сам. Одновременно, конечно, нужно было создать и изображение, которое и зритель захотел бы рассматривать. А еще я думаю, что вы можете не читать газеты и не знать о том, что произошло, но это неправильно — важно видеть все.

Я люблю картину «Плот «Медузы» (картина Теодора Жерико, написанная в 1819 году, в основе сюжета которой лежало кораблекрушение фрегата у берегов Сенегала. — Прим. ред.) — для меня это действительно потрясающее произведение об ужасной катастрофе. Помните, в чем было дело? Из 150 человек на плоту только 15 выжили. Я тоже пытаюсь показать красоту катастроф, и прекрасным примером являются пулевые отверстия в моих картинах.

Я далек от политики, и в идеале я хотел бы иметь возможность жить своей жизнью и просто знать, что люди не страдают. Но я делаю то, что должен делать, — и показываю то, что должен.

Я думаю, что оба эти художника находились в подобной ситуации. Жаль, что глубокие идеи фильмов Эйзенштейна были искажены. Это похоже на ситуацию с Америкой: идею о демократии, что лежит в основе нашей страны, постоянно искажали. Гойя тоже был свидетелем ужасных событий, и он хотел заставить нас реально смотреть на вещи, как будто бы остановить происходящее. Он говорит о замедлении мира и восприятия. Я думаю, что тоже намеренно замедляю ход событий моими изображениями. Вы можете включить компьютер и быстро просмотреть тысячи изображений в интернете, я же хочу создавать их так, чтобы остановить время и дать возможность рассмотреть вещи более тщательно. Для этого в одной работе я могу соединить несколько образов, как в классическом искусстве, и эта идея соединения бессознательного для меня невероятно важна.

Роберт Лонго, без названия

5 января 2015 года (работа — дань памяти редакции Charlie Hebdo. — Прим. ред.)

Для меня эта тема была крайне важной, потому что я сам художник. Hebdo — журнал, где работали карикатуристы, то есть художники. Произошедшее действительно потрясло меня: каждый из нас мог быть среди тех людей, которых убили. Это нападение не только на Hebdo — это нападение на всех художников. Террористы хотели сказать следующее: вы не должны делать такие картины, так что эта угроза фактически касается и меня.

В качестве основы изображения я выбрал треснутое стекло. Прежде всего, оно красиво — вы захотите, так или иначе, на него посмотреть. Но это не единственная причина: оно напомнило мне медузу, какое-то органическое существо. От дыры в стекле расходятся сотни трещин, как эхо страшного события, которое случилось. Событие осталось в прошлом, но его последствия продолжаются. Это действительно страшно.

Роберт Лонго, без названия

2015 год (работа посвящена катастрофе 11 сентября. — Прим. ред.)

Одиннадцатого сентября я играл в баскетбол в одном из спортивных залов Бруклина, на 10-м этаже высокого здания, и мне все было прекрасно видно из окна. А моя студия находится неподалеку от места трагедии, так что я долго не мог попасть туда. В моей студии есть большая картина, созданная в честь этого страшного события, — сначала я просто набросал рисунок на стене студии, нарисовал самолет. Тот самый самолет, который летел в первую башню, я нарисовал его на стене. Потом мне пришлось перекрашивать стены студии, и я очень переживал, что рисунок исчезнет, поэтому сделал другой. Обратите внимание, что все мои рисунки на выставке покрыты стеклом — и в результате вы видите в них свои отражения. Самолеты врезаются в отражения, и части некоторых моих работ отражаются друг в друге. Есть определенные ракурсы на выставке, где вы можете под определенным углом увидеть пулевое отверстие в Иисусе, а тут вы видите врезающийся во что-то самолет.

Читать еще:  Дед мороз и снегурочка своими руками схемы. Мастер-класс «Как быстро сделать Деда Мороза и Снегурочку на основе традиционной куклы. Дед Мороз из соленого теста

Для меня наложение рисунков друг на друга — это не просто хронология катастроф, а скорее попытка вылечиться. Иногда мы принимаем яд, чтобы поправиться, и важно иметь храбрость жить с открытыми глазами, быть мужественным, чтобы видеть некоторые вещи. Сам я, наверное, не очень мужественный человек — всем мужчинам нравится думать, что они храбрые, но большинство из них, как мне кажется, трусы.

Мне повезло, что я имею возможность выставляться, и эту возможность я использую для того, чтобы говорить о том, что считаю важным. Не нужно создавать что-то таинственное, сложное, полное самолюбования. Вместо этого лучше обращаться к тем проблемам, которые имеют значение сейчас. Вот что я думаю о настоящих задачах искусства.

Что общего у Гойи, Эйзенштейна и Лонго: гид художника по выставке в «Гараже. Пилоты, акулы, ядерные взрывы и много-много другого

Выставка «Свидетельства», включающая произведения Франсиско Гойи (1746–1828), Сергея Эйзенштейна (1898–1948) и Роберта Лонго (род. 1953), позволяет проникнуться уникальным ви́дением трех художников, выразивших общественные, культурные и политические проблемы своего времени.

Будучи представителями разных эпох и живя на разных континентах, художники стали свидетелями бурной смены времен, пережив хаос революции, гражданских волнений и войн. Несмотря на то, что Гойя служил церкви и королю, Эйзенштейн — государству, а Лонго появился на художественной сцене в период господства современных моделей арт-рынка, признание каждому принесла независимая художественная практика, бросающая вызов ожиданиям и запросам общества.

В поисках новаторских техник и технологий герои «Свидетельств» обращались к различным медиа — от традиционной живописи и гравюры до скульптуры, кино и перформанса, но основным инструментом визуализации идеи для каждого из них всегда оставался рисунок. С помощью черно-белого языка и лаконичных графических средств художники раскрывают сложные взаимоотношения между властью и обществом, выходя за рамки документального повествования для создания эмоционально-психологических образов своих героев.

Организованная главным куратором «Гаража» Кейт Фаул совместно с Робертом Лонго, эта выставка является результатом долгих бесед между художником и куратором и отражает давнее увлечение Лонго работами Эйзенштейна и Гойи. Это побудило его совершить две исследовательские поездки в Россию, во время которых художник встретился с ведущим специалистом по Эйзенштейну, Наумом Клейманом, и посетил Российский государственный архив литературы и искусства, чтобы изучить архив Эйзенштейна и отобрать рисунки для выставки. Также Лонго консультировался с кураторами Государственного центрального музея современной истории России в Москве и санкт-петербургского Государственного Эрмитажа, стремясь понять роль Гойи в русской культуре, особенно в связи с событиями русской революции.

Результатом стала экспозиция, включающая сорок три ранее не выставлявшихся рисунка Эйзенштейна из Российского государственного архива литературы и искусства. Они будут представлены вместе с фрагментами семи фильмов Эйзенштейна, демонстрируемыми в замедленном темпе, так чтобы каждый кадр мог восприниматься как отдельный образ. В залах «Гаража» будут впервые показаны сорок девять офортов Гойи из собрания Государственного центрального музея современной истории России, а также более тридцати крупноформатных рисунков Лонго, созданных им в течение последних пяти лет и предоставленных различными международными собраниями.

К выставке издан двуязычный иллюстрированный каталог «»Свидетельства»: Франсиско Гойя, Сергей Эйзенштейн, Роберт Лонго», включающий эссе журналиста и публициста Криса Хеджеса, художника Вадима Захарова и главного куратора «Гаража» Кейт Фаул, а также интервью с Робертом Лонго, что поможет глубже проникнуть в суть выставки.

Выставка «Свидетельства»: Франсиско Гойя, Сергей Эйзенштейн, Роберт Лонго

Что общего у Гойи, Эйзенштейна и Лонго: гид художника по выставке в «Гараже. Пилоты, акулы, ядерные взрывы и много-много другого

Американский художник и скульптор, чьим основным средством самовыражения является рисование углем на бумаге. Родился 7 января 1953 года в Бруклине (Нью-Йорк), США.

«Я принадлежу к поколению, выросшему на телевидении. Телевизор был моей няней. Искусство является отражением того, на чем мы выросли, что окружало нас в детстве. Вы знаете Ансельма Кифера? Он вырос в послевоенной Германии, лежащей в руинах. И всё это мы видим в его искусстве. В моем искусстве мы видим черно-белые изображения, как будто сошедшие с экрана телевизора, на которых вырос я», — говорит .

Роберт Лонго в проекте «Свидетельства» в «Гараже».

В музее современного искусства «Гараж» открылась выставка «Свидетельства: Франсиско Гойя, Сергей Эйзенштейн, Роберт Лонго». Все три художника новаторы своего времени, все они задумывались о времени, все они были увлечены черно-белым изображением. Роберта всегда интересовали художники, которые были свидетелями своего времени и документировали всё, что происходило. В работах Эйзенштейна и Гойи видится свидетельство тех эпох, в которых они жили. Лонго восхищался их творчеством.
И в 2016 году главный куратор музея Кейт Фаул совместно с Робертом Лонго собрали выставку из архивов Эйзенштейна и Гойи из Государственного центрального музея современной истории России.

Произведение искусства всегда про красоту, которую художник видит в реальном мире. Я стараюсь сделать так, чтобы люди, глядя на мои картины, задумались. В каком-то смысле мои картины созданы для того, чтобы немного заморозить бесконечный конвейер изображений, которые появляются каждую секунду в мире. Я стараюсь притормозить его, превращая фотографию в картину углем. А кроме того, все рисуют — вот вы говорите со мной по телефону и наверняка черкаете что-то на салфетке — есть в этих черточках нечто базовое и древнее, и это я сталкиваю с фотографиями, сделанными подчас за секунду — на телефон или мыльницу. И потом я месяцами рисую одно изображение.

Читать еще:  Занятие "изготовление бабочки в технике оригами". Открытое занятие по оригами в средней группе Практическое занятие изготовление бабочки из бумаги оригами

Robert Longo , род. 7 января 1953 года , Нью-Йорк) — американский художник, живёт и работает в Нью-Йорке .

Роберт Лонго родился в 1953 году в Бруклине (Нью-Йорк), и вырос на Лонг-Айленде. В детстве на него большое влияние оказала массовая культура — кино , телевидение , журналы и комиксы , которые в значительной степени сформировали его художественный стиль.

В конце 1970-х Лонго исполнял экспериментальную панк-музыку в Нью-Йоркских рок-клубах в проекте «Ментоловые войны» (Robert Longo’s Menthol Wars). Является со-основателем авангардной группы X-Patsys (совместно с супругой Барбарой Зуковой , Йоном Кесслером, Кноксом Чандлером, Шоном Конли, Джонатаном Кейном и Энтони Коулменом).

В 1980-е Лонго срежиссировал нескольких музыкальных клипов, в том числе песни The One I Love группы R.E.M. , Bizarre Love Triangle группы New Order и Peace Sells группы Megadeth .

В 1992 году художник выступил в качестве режиссёра одного из эпизодов сериала «Байки из склепа» под названием «Это убьет тебя» (This’ll Kill Ya). Наиболее известная из режиссёрских работ Лонго — фильм 1995 года

(англ. Robert Longo , р. 1953) — современный американский художник, известный своими работами в различных жанрах.

Роберт Лонго родился 7 января 1953 года в Бруклине (Нью-Йорк), США. Учился в Университете Северного Техаса (Дентон), но бросил его. Позднее занимался скульптурой по руководством Леонды Финке. В 1972 году получил гранд на обучение в Академии изящных искусств во Флоренции и уехал в Италию. После возвращения в США, поступил в Государственный колледж Буффало, который окончил со степенью бакалавра в 1975 году. В это же время встречался с фотографом Синди Шерман .

В конце 70-х годов Роберт Лонго увлекся организацией перфомансов (например, Sound Distance of a Good Man). Подобные работы обычно сопровождались созданием ряда фотографий и видео, которые потом демонстрировались в качестве отдельных работ и частей инсталляций. В это же время Лонго играл в ряде панк-рок групп Нью-Йорка и даже выступил в качестве сооснователя галереи Hallwalls. В 1979-81 художник также работал над серией графических работ «Люди в городах».

В 1987 году Лонго представил серию концептуальных скульптур «Объекты-призраки» (Object Ghosts). Работы из данной серии представляют из себя попытку переосмысления-стилизации объектов из фантастических фильмов (например, «Nostromo» — так назывался корабль в фильме Чужой). Подобную идею (но воплощенную с реальным реквизитом, который использовался на съемочной площадке) можно встретить в творчестве Доры Будор .

В 1988 году Лонго начал работу над серией «Черный флаг». Первая работа из серии представляла собой флаг США, нарисованный графитом и визуально похожий на раскрашенный деревянный ящик. Последующие работы являлись скульптурными изображениями флага США из бронзы, каждое из которых сопровождалось названием-подписью (например, «give us back our suffering» — «верни нам наши страдания»).

В конце 80-х годов Роберт Лонго также начал снимать короткометражные фильмы (например, Arena Brains — «Умники на арене», 1987). В 1995 году Лонго выступил в качестве режиссера в фантастической кинокартине Джонни-Мнемоник (Johnny Mnemonic). Фильм считается культовым для жанра киберпанк. Главную роль исполнил Киану Ривз.

В 90-е и 2000-е года Роберт Лонго продолжил создавать свои гиперреалистичные изображения. Работы из серий Superheroes (1998) или Ophelia (2002) выглядят как фотографии или скульптуры, но являются картинами, выполненными тушью. Картины серий Balcony (2008-09) и The Mysteries (2009) написаны углем.

В 2010 году Роберт Лонго создал серию фотоснимков в стиле «Люди в городах» для итальянского бренда Боттега Венета (Bottega Veneta).

В 2016-17 гг. в Музее современного искусства «Гараж» прошла выставка «Свидетельства», в рамках которой публике демонстрировались некоторые работы Роберта Лонго.

В настоящее время Роберт Лонго живет в Нью-Йорке, США. С 1994 года женат на немецкой актрисе Барбаре Зуковой (Barbara Sukowa). У пары трое детей.

Пилоты, акулы, сексуальные девушки, танцоры, океан, внушительные взрывы – это то, что изображает нью-йоркский художник Роберт Лонго (Robert Longo). Его иллюстрации чрезвычайно глубокие, мистические, сильные и притягательные. Возможно такой эффект достигается из-за черно-белой картинки, которую автор тщательно выписывает, используя древесный уголь.

Роберт Лонго родился в 1953 году в Бруклине, Нью-Йорк. Рассказывая о себе, художник никогда не забывает упомянуть о том, что обожает кино, комиксы, журналы и питает слабость к телевидению, которые имеют немалое влияние на его творчество. Большинство тем для своих картин Роберт Лонго черпает из увиденного и прочитанного им ранее. Автор всегда обожал рисовать, и хотя получил степень бакалавра по скульптуре, это не мешает ему заниматься любимым делом, а напротив. Некоторые рисунки художника очень напоминают скульптуры, ему нравятся те очертания, которые выходят из-под руки. В этом присутствует некая сила.

Основные выставки картин Роберта Лонго проходят в Музее искусств в Лос-Анджелесе, а также в Музее современного искусства в Чикаго.

Источники:

http://daily.afisha.ru/brain/3168-chto-obschego-o-goyi-eyzenshteyna-i-longo-gid-hudozhnika-po-vystavke-v-garazhe/
http://garagemca.org/ru/event/francisco-goya-sergei-eisenstein-robert-longo-proof
http://brendoptom.ru/chto-obshchego-u-goii-eizenshteina-i-longo-gid-hudozhnika-po-vystavke-v.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector