0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Теодор курентзис о жизни. Теодор Курентзис: пермская аномалия

Теодор Курентзис

Прощальное письмо Теодора Курентзиса

Мне очень сложно писать это письмо. Может быть, из-за того, что я знаю: первое, что пропадает в прощальных письмах, есть суть. Она сразу ускользает среди тектонических разрывов воспоминаний и реальности. В этот момент появляются фразы-клише: «наступило время», «все имеет свое начало и конец», «круг замкнулся» и так далее. И вообще, в жизни в такие моменты легко говорить правду, но не иметь этого в виду, или иметь это в виду, но говорить неправду. История культуры и человечества полна таких свидетельств, когда правда в конечном счете выясняется, не когда желаешь, а когда приходит время.

Все эти годы мы находились в постоянной гонке. Это не была гонка за обладанием наградами. Успех — это среднестатистический интеллектуальный вердикт, лишенный сердечного признания, поэтому про успех лучше молчать. Если он был, то в будущем он утвердится в памяти. К чему тогда была эта гонка? Может быть, мы пытались обогнать самих себя в желании увидеть собственный забытый лик, который теряется в эпидемиях нашей жизни. Может быть, это была бесконечная страсть преодолеть барьеры времени, чтобы сообщить в будущем о «сейчас». Так мы, несчастные счастливцы, гнались за неизвестным: то по Елисейским полям идей, то в справочных потерянных посылок — lost and found, found and lost. Такова, похоже, судьба мечтателя. Такова работа артиста.

Я так и не знаю, поняли ли наши любимые зрители то, что мы хотели сказать. И я не уверен, что мы будем способны когда-нибудь объяснить им и себе, к чему эта бешеная жажда прекрасного. И власть, естественно, ничего не поняла. Естественно. Для тех, кто сведущ в истории, это очевидный факт: такова и есть функция власти — не понимать. Да и понимание на самом деле не является особой привилегией, если отсутствует чувствительность.

Сейчас вспоминаю, когда впервые приехал в Пермь, я думал, что останется, когда я должен буду уехать. Я хотел создать что-то не для себя, а для людей, которые живут в этом городе. Я хотел помочь создать консерваторию, чтобы следующие поколения прекрасных музыкантов были пермяками, хотел дать стимул талантливым людям остаться здесь и развивать этот город. Я помню, как мне сказали: власть не считает это целесообразным, у города все есть, мы самые лучшие. Были такие времена. Помню, однажды депутат заявил на заседании Заксобрания: Курентзис не стоит таких денег. Я его понимаю. Ибо есть люди, которые не различают понятия цены и ценности. Оба слова имеют одинаковый корень, но часто в жизни они бывают полностью противоположны по смыслу. До этого, помню, Олег Чиркунов говорил, что у города должна быть мечта. Мне нравилась эта мысль его и Жайме Лернера, и я всегда вспоминаю Олега Чиркунова с большим уважением. Не только городу, но и людям нужна мечта. Как жить без мечты и надежды? Может быть, в этом и заключается преимущество музыки перед остальными искусствами: мечтать не на изношенном языке повседневного общения, а на избранном языке молчания подлинного человеческого духа.

Я предупреждал, что первое, что пропадает в такого рода письмах, есть суть.

Из всех, с кем мы работали в Перми, мой самый старый друг — Алексей Мирошниченко. Мы вместе взрослели, бесконечно мечтали вместе, каким был бы наш оперный театр. Часто, когда люди вырастают, они забывают свои мечты, но не мы с Алексеем. Хочу пожелать тебе озарения в жизни и искусстве, и пусть эта сцена, которую мы вместе так ждали, все-таки будет когда-нибудь построена достойными руками.

Хочу пожелать Андрею Борисову не уступать в сложных ситуациях, потому что победа — это не то, что о нас подумают, а то, что останется в мире веры и правды. Артему Абашеву хочу пожелать любить музыку так божественно и болезненно, как она того достойна.

Хочу поблагодарить всех тех людей, которые никогда не выходили на сцену, — тех, кто надел венок славы неизвестного. Обнять моих любимых солистов с надеждой, что что-то в их сердцах останется, оркестрантов, хористов, танцоров и всех коллег, которые мне доверились. Андрея Кузяева, который нас так поддержал, большого друга, который сделал меня гражданином Демидково. Галину Полушкину, которая тратила все свои деньги на утопические постановки пермской мечты. Моих любимых пермских зрителей, которые прошли этот тяжелый путь со мной, чтобы говорить в этом письме на одном языке. И, наконец, администрацию Пермского края, потому что без их полнейшего непонимания, отсутствия трепета и чуткости, я никогда не нашел бы силы принять решение покинуть свой рай.

Пермская опера потеряла Теодора Курентзиса

Дирижер с мировым именем больше не работает в Перми. Почему это произошло?

Фото: Анатолий Жданов / «Коммерсантъ»

В конце июня стало известно, что греческий и российский дирижер Теодор Курентзис покидает пост художественного руководителя Пермского театра оперы и балета имени Чайковского. Его контракт истекает в феврале 2021 года, однако дирижер расторг его по собственной инициативе. Спектакли, созданные под руководством Курентзиса, более не будут идти в театре. Курентзис возглавлял Пермскую оперу с 2011 года — в город на Каме он переехал из Новосибирска, где до этого семь лет работал главным дирижером Новосибирского театра оперы и балета.

Читать еще:  Уменьшается ли грудь после лактации. Синдром исчезающей груди. Почему она уменьшается после кормления? Почему так происходит: комментирует доктор пластической хирургии

Курентзис — 47-летний дирижер с мировой известностью, неоднократно именовавшийся в отечественной прессе гением. В 1990-м он основал камерный оркестр в Афинах, принимал участие в концертных программах оркестра Санкт-Петербургской филармонии, Санкт-Петербургского симфонического оркестра, оркестра Мариинского театра. В 2008-м дебютировал в Парижской национальной опере, работал в качестве приглашенного дирижера в Большом театре, был главным дирижером и музыкальным руководителем Новосибирского государственного академического театра оперы и балета. Он также выступает одним из организаторов фестиваля современного искусства «Территория». В настоящее время Курентзис остается руководителем Дягилевского фестиваля, а также хора и оркестра musicAeterna. Помимо этого, Теодор Курентзис — восьмикратный обладатель национальной театральной премии «Золотая маска».

Придя на пост главного режиссера Новосибирского театра в 2004-м, через год Курентзис основал оркестр и хор musicAeterna, получил за это время две «Золотые маски» и осуществил первый в истории совместный проект Новосибирского театра и Парижской национальной оперы — постановку оперы Джузеппе Верди «Макбет». Премьера прошла в 2009 году в Париже. В Перми, куда дирижер перевез часть музыкантов оркестра musicAeterna, он возглавил международный Дягилевский фестиваль, посвященный современным уникальным проектам различных видов искусств. За время работы Курентзиса в Пермском театре musicAeterna получил мировую известность. За Пермью же, где базировался оркестр и хор, закрепился статус музыкальной державы России, известной за ее пределами, — это слова самого дирижера, который утверждает, что благодаря его деятельности в городе наконец начал развиваться туризм.

Помните, в «Криминальном чтиве» есть момент, когда обдолбанной героине должны сделать укол адреналина в сердце? Только это может ее оживить. То, что делает Курентзис, это тот самый прямой укол адреналина в сердце. Так, как работает он, не может работать никто.

Дирижер покинул пост худрука после того, как к проекту по строительству новой сцены театра привлекли бывшего бизнесмена, художественного руководителя одновременно двух театров — Михайловского в Петербурге и Новосибирского театра оперы и балета. Проблема со сценой театра стояла уже давно, и обновлять ее собирались задолго до прихода Курентзиса. Режиссер переехал в Пермь после того, как власти края дали ему обещание, что этой задаче присвоят высшую степень важности. В то время строить новую сцену планировали по проекту британского бюро Дэвида Чипперфильда, согласно которому к историческому зданию 1879 года собирались пристроить еще одно, современное, с большой оркестровой ямой и сценой. За то время, пока Курентзис возглавлял театр, в Пермском крае сменились три губернатора, а к строительству новой сцены так и не приступили. От проекта Чипперфильда впоследствии и вовсе было решено отказаться.

Дирижер Теодор Курентзис (справа) во время выступления на концерте в Кафедральном соборе Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии

Фото: Андрей Махонин / «Коммерсантъ»

Деньги на строительство пообещали выделить из федерального бюджета. Источники, в том числе в правительстве Пермского края, заявили «Медузе», что Кехман появился в этой истории вместе с федеральными чиновниками. По словам источника «Коммерсанта», власти края поддержали его участие в проекте в надежде на получение средств из федерального бюджета.

Кехман якобы имеет тесные связи с министром культуры России Владимиром Мединским, который назначил его худруком и гендиректором Новосибирского театра, позволив при этом продолжать работать в Петербурге, где он руководил Михайловским театром. До прихода в театральный мир Кехман был печально известен как основатель компании Joint Fruit Company, поставлявшей в Россию, в частности, бананы из Эквадора. В 2010 году в ящиках с бананами JFC была обнаружена крупная партия кокаина общей массой почти 120 килограммов. Компания признана банкротом в 2012-м.
По словам источников «Медузы», Кехман лоббирует новый проект театра, которым займется петербургская строительная компания «Строй-эксперт». Сам он отрицает причастность к этой компании, утверждая, что был приглашен ее главой по старому знакомству в роли «театрального эксперта». Курентзис указал на то, что «Строй-эксперт» — единственная компания, участвовавшая в конкурсе на строительство сцены.

Кехман построит новую сцену пермской опере и там тоже будет толкаться. Может быть его назначат худруком. Уволится ли кто-то из пермской оперы после этого? Doubt it. Будет там банановый курорт, каррарский мрамор и прозрачные стены + три эскалатора. Вообще ******* [круто]! Будут ставить, я не знаю, новую русскую оперу композитора Демуцкого на либретто Захара Прилепина, шобы за душу цепляло. Пермяки любят искусство живых авторов!

Курентзис ушел из Новосибирского театра оперы и балета за четыре года до прихода туда Кехмана, однако дирижер и новый руководитель схлестнулись дистанционно из-за скандала с оперой «Тангейзер» — первый поддерживал уволенного с поста директора театра Бориса Мездрича, называя запрет постановки и кадровые чистки цензурой, а второй позже в интервью «Ленте.ру» заявил, что Курентзис должен Новосибирскому театру, потому что, проработав в нем почти десять лет, «ничего не оставил и очень много забрал». В частности, Кехман желал от дирижера бесплатное открытие концертного зала. В недавнем интервью бывший бизнесмен, комментируя уход Курентзиса из Пермского театра, выступил со схожим обвинением, а также назвал дирижера Иудой.
В том же интервью Кехман обвинил Курентзиса в том, что тот «вероломно забирает лучших музыкантов», потому что платит им за репетиции. Он заявил, что именитый дирижер — миф, на который доверчивая русская публика купилась из-за «ночных концертов, кальсонов и красных шнурков», и предположил, что Курентзис антисемит и потому не любит Кехмана, возмутился, что дирижер не оставил после ухода из Пермской оперы ни одного спектакля и заявил, что не понимает, что за «элита» посещает концерты Курентзиса. Помимо этого, Кехман назвал его «ограниченным» дирижером «малой формы».

Читать еще:  Реализм кто относится. Неореализм и реализм в русской литературе – это: черты и основные жанры

«Все, что можно, он в театре взял: нигде бы не смог получить столько репетиций, иметь такое количество бесплатной рабочей силы, которую он имел сначала в Новосибирске, потом в Перми. Взять — взял и бросил театр»

Дирижер Теодор Курентзис (слева) и солистка Московской филармонии Елена Ревич (справа) во время концерта Государственного симфонического оркестра «Новая Россия» в Концертном зале имени Чайковского

Фото: Юрий Мартьянов / «Коммерсантъ»

В апреле губернатор Пермского края устроил круглый стол, посвященный проекту, без участия Курентзиса. На совещании присутствовал директор театра, и по словам дирижера, между участниками дискуссии возник конфликт. Говоря о действиях Кехмана, он подчеркнул, что «даже не хочет произносить его имя», а его участие в проекте назвал «рейдерским захватом». Через два месяца после этого совещания Курентзис, не желая разваливать театр, написал письмо об уходе. В нем он указал, что «хотел создать что-то не для себя, а для людей, которые живут в этом городе».

Я хотел помочь создать консерваторию, чтобы следующие поколения прекрасных музыкантов были пермяками, хотел дать стимул талантливым людям остаться здесь и развивать этот город. Я помню, как мне сказали: власть не считает это целесообразным, у города все есть, мы самые лучшие. Были такие времена. Помню, однажды депутат заявил на заседании заксобрания: Курентзис не стоит таких денег. Я его понимаю. Ибо есть люди, которые не различают понятия цены и ценности. Оба слова имеют одинаковый корень, но часто в жизни они бывают полностью противоположны по смыслу.

Едва ли Кехмана можно назвать главной причиной, по которой Курентзис решил покинуть Пермскую оперу. В интервью Собчак дирижер рассказал, что губернатор Пермского края Максим Решетников не посещал его премьеры, а местный министр культуры укорял его в том, что тот гастролирует по миру вместо того, чтобы сидеть в Перми, говорил о согласовании спектаклей и указывал на малый доход театра, требуя зарабатывать больше денег. Более того, Курентзис заявил, что за год его театру устроили «примерно 24 проверки». В краевом министерстве культуры дирижера поправили — проверок за 2018 год в театре от разных ведомств было устроено не 24, а 13. Из них три — финансовые.
Курентзис также поведал, как по просьбе губернатора после операции на почках, несмотря на запрет врачей, продирижировал «Ромео и Джульетту», из-за того, что глава края пригласил на показ своих друзей. После концерта ему пришлось повторно делать операцию, но ни губернатор, ни его друзья лично его не поблагодарили за работу.

Уход Теодора из Пермского театра большая беда. Стало еще одной российской провинциальной ямой больше. [. ] В условиях холодно-агрессивного созерцания со стороны федерального Минкульта за тем, какую утрату терпит и как может погибнуть выдающийся коллектив, совершенно очевидно, что защитить талантливого дирижера некому.

Дирижер Теодор Курентзис (слева) и оперный певец, профессор Московской консерватории Зураб Соткилава (в центре) во время церемонии вручения Российской национальной театральной премии «Золотая Маска»

Фото: Юрий Мартьянов / «Коммерсантъ»

2019 год в России — год театра. В его преддверии, в октябре 2018-го, Минкульт вышел из статуса учредителя главной театральной премии России «Золотая маска» и объявил о планах создания новой государственной премии. В декабре Мединский убрал с поста худрука МХАТ имени Горького народную артистку СССР Татьяну Доронину, возглавлявшую заведение 30 лет. На ее место поставили театрального режиссера Эдуарда Боякова, а Доронину назначили на специально введенную должность президента театра. В июне 2019-го труппа МХАТ записала видеообращение с требованием вернуть ее на должность худрука, заявив, что артистку «вынудили» подписать соглашение об уходе. Против нового руководства выступают около 30 человек из труппы.
Еще один скандал, за которым последовал уход художественного руководителя, связан с Ярославлем — в марте Мединский подписал указ о слиянии старейшего в России ярославского Театра имени Волкова и Александринского театра в Первый национальный театр России. Директор Волковского театра Алексей Туркалов выступил против этого решения, его поддержала общественность, и премьер-министр России Дмитрий Медведев приостановил приказ Мединского. Спустя несколько месяцев СМИ заговорили о внутреннем конфликте в Волковском театре между директором и худруком Евгением Марчелли. В начале июля Мединский, «решая спор в коллективе», уволил Туркалова и объявил Марчелли выговор «за действия, которые привели к репутационным потерям». Тот впоследствии заявил о своем уходе из театра.

Для Перми этот сюжет, обычный в художественном мире, может оказаться слишком депрессивным. В течении пяти лет одни потери и нет приобретений. Губер недавно сказал, что вот, мол, в культурных проектах важны здания, а не люди. Думаю, сможет убедиться в обратном.

Почему Теодор Курентзис уходит из Пермского театра

Дирижер попрощался с театром, которому подарил всемирную славу.

В один из дней недавнего Дягилевского фестиваля в Перми я оказался в узком кругу приглашенных на ночной концерт в фойе оперного театра. Фойе было погружено в полный мрак; источниками света для всех присутствующих – кто сидел за столиками, кто на полу, кто стоял вдоль стен, – были только лампочки для подсветки нот на пультах выступавших музыкантов; лица солистки, певшей наизусть, различить не удалось.

Это обычный стиль Теодора Курентзиса, который был в числе слушателей. Необычным оказалось выступление генерального менеджера театра Марка де Мони, который прочел собственное стихотворение на английском языке – раньше он никогда стихов публично не читал. Значит, случай был особенным.

Сам Курентзис выступил с туманной, прочувствованной речью. Когда свет зажгли и все собрались расходиться, один из ближайших сотрудников Курентзиса сказал нескольким из нас:

«Что ж, Пермь заканчивается. Но место силы возникнет там, где появится Теодор».

Этот вечер, как выяснилось, был прощальным.

Читать еще:  Лоскутное одеяло: технология создания, подбор оптимальной ткани и рекомендации по дизайну (110 фото). Уникальные красочные покрывала из лоскутов Пэчворк из драпа и сукна

Пермь: начало

Теодор Курентзис появился в Перми восемь лет назад в благоприятной обстановке. Губернатором Пермского края был Олег Чиркунов, министром культуры – Борис Мильграм, арт-процессом руководил Марат Гельман. Возможно, последнему как раз и принадлежала идея переманить Курентзиса из Новосибирска. Тогда место худрука Пермской оперы покидал Георгий Исаакян, перебиравшийся в Москву.

В одном из интервью он назвал переход Курентзиса из Новосибирска в Пермь бессмысленным горизонтальным перемещением. Зачем оно понадобилось? В Новосибирске Курентзис успел создать оркестр и хор экстракласса, а также осуществить первую в истории оперную копродукцию Новосибирска и Парижа. Но трения между художником-идеалистом и директором-практиком – им был Борис Мездрич – все же возникли.

В Перми Курентзису создали куда более благоприятные условия – одним из них был переезд оркестра musicAeterna на пермские квартиры. В состав влились лучшие пермские музыканты, а также москвичи и легионеры из многих стран Европы. Пермь стала базой интернационального оркестра, который начал работать по фестивальному принципу, собираясь на проекты.

Репетировали в Перми, обычно там же давали премьеру, потом отправлялись в европейское турне. Оркестр musicAeterna играл и в яме Пермской оперы – те премьеры, которыми руководил Курентзис. Результатами были не только постановки в течение сезона и в рамках Дягилевского фестиваля, который Курентзис и его команда подняли на качественно новый уровень, но и записи на крупнейшем в Европе звукозаписывающем лейбле Sony; записи опер Моцарта, где большую часть партий исполнили европейские певцы, получили престижные премии в области звукозаписи.

Смена власти

Это обходилось театру, краю и спонсорам недешево: музыканты регулярного оркестра, тянувшего в яме текущий оперный и балетный репертуар, и штатные солисты оперной труппы получали куда меньшие деньги. Вместе с высочайшим уровнем искусства Курентзис принес в музыкальную культуру Перми неравенство и социальное напряжение.

Этим воспользовались противники дирижера, когда власть в крае поменялась. Гельман и Эдуард Бояков были вынуждены покинуть Пермь, а Курентзис и его команда оказались втянуты в ситуацию противостояния. Теперь финансирование каждого нового проекта стало вопросом победы или поражения. И если раньше мы верили, что в Перми откроют консерваторию – тогда, возможно, в скорейшем времени туда не пришлось бы завозить оркестры со стороны, – то теперь эту идею пришлось похоронить.

Осталась идея строительства новой сцены Оперного театра – поскольку старая не имеет как минимум отдельного зала для репетиций, а значит, одновременно играть репертуар и готовить новые спектакли на ней невозможно. Однако обсуждение стройки тянется уже несколько лет в обстановке, далекой от прозрачности. До сих пор не утверждено даже место, где будет возводиться здание.

Сначала в отпуск

Как сообщил «Ведомостям» министр культуры Пермского края Вячеслав Торчинский,

«официально заявления об увольнении от Теодора в театр не поступало. Он продолжает юридически оставаться худруком театра. У директора театра есть заявление о командировке от Теодора с 1 по 20 июля. Сейчас Теодор в командировке в Штутгарте, с ним дистанционно руководство театра ведет согласование новой схемы работы».

Тем временем Курентзис становился в Европе все более известной фигурой. И вот уже интендант Зальцбургского фестиваля Маркус Хинтерхойзер приезжает в гости на Дягилевский, а там и приглашает Курентзиса с оркестром и хором в Зальцбург. Успешное выступление в 2017 году рождает приглашение на следующий год, и триумфы Курентзиса в Зальцбурге становятся традицией.

В этом году, правда, он дирижирует там другим оркестром – Фрайбургским барочным. В 2018 году, когда власти германских земель объединили оркестры радио Штутгарта и Баден-Бадена, Курентзис стал во главе впервые образованного оркестра Юго-Западного радио. Стало очевидно, что Курентзис может производить немалое впечатление и отдельно от пермско-европейского оркестра musicAeterna.

При чем тут Кехман

Всем, кто следил за буднями Пермского оперного, уже давно стало ясно: пермская эпоха в биографии Курентзиса подходит к концу. В сезоне 2017/18 он не выпустил в Пермском театре ни одной оперной премьеры – только «Жанну на костре» Онеггера на Дягилевском фестивале. В сезоне 2018/19 – тоже ни одной, в том числе и на Дягилевском: запланированная было «Лулу» Берга осталась без финансирования и, по официальной формулировке, перенесена на год вперед.

Появление в Перми гендиректора Новосибирского театра оперы и балета Владимира Кехмана случилось уже тогда, когда об уходе осталось только официально объявить. Даже если бы отношения между Курентзисом и Кехманом были неподдельно теплыми – что трудно себе представить, поскольку Курентзис открыто критиковал запрет новосибирского «Тангейзера», преследование директора Бориса Мездрича и приход Кехмана на его место, – это уже ничего бы не изменило.

Где будет новое место силы

Будущее Пермского оперного театра находится в хороших руках: в прощальном письме Курентзис называет имена директора Андрея Борисова и дирижера Артема Абашева, который, скорее всего, станет худруком оперы, но на первый план выйдет балет, у руля которого останется сподвижник Курентзиса Алексей Мирошниченко – если только роль Кехмана в культуре города не окажется важнее, чем роль куратора стройки.

Курентзис останется худруком Дягилевского фестиваля – но, опять же, многое в его будущем будет зависеть от поддержки властей. Если с ней возникнут проблемы, а международной поддержки не хватит, Дягилевский фестиваль переедет в Париж: в любом случае там с 2020 года стартует «филиал» пермского проекта.

А место силы, знают члены команды Курентзиса, возникнет там, где окажется Теодор и члены его команды – например, те музыканты оркестра, кому было доверено выступить в потемках на прощальном вечере.

Называют Петербург – Дом радио, Москву – зал «Зарядье». Информационных поводов поговорить о Теодоре Курентзисе нам на ближайшее время хватит

Источники:

http://pikabu.ru/tag/%D0%A2%D0%B5%D0%BE%D0%B4%D0%BE%D1%80%20%D0%9A%D1%83%D1%80%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B7%D0%B8%D1%81
http://lenta.ru/brief/2019/07/12/kurvskek/
http://www.classicalmusicnews.ru/articles/pochemu-teodor-kurentzis-uhodit-iz-permskogo-teatra/

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector